В 2020 году мир закрылся. Пандемия загнала всех нас внутрь, в страх, в праздное время, в наши экраны. И из этой невероятной тишины родилось нечто удивительное: художники из Японии, России, Китая, арабского мира, Ирана, Лондона, Канады, Австралии, Латинской Америки нашли друг друга в блокчейне. Общая почва не была ни географической, ни культурной. Она была человеческой, в самом первозданном смысле, какой технология когда-либо допускала.
Обещание указывало сразу в нескольких направлениях: дефицит как источник ценности, блокчейн как гарантия постоянства, сообщество как двигатель всего. Мы хотели децентрализовать деньги, власть и искусство одним ударом. Это было амбициозно, в чем-то наивно, в чем-то искренне.
Были мошенничества, rug-pull'ы, раздутые эго, FOMO, хайп, трения. Рынок рухнул. Бесчисленные проекты обещали целые миры, а не дали ничего.
Но происходило и другое, то, о чем никогда не пишут в заголовках: настоящее время, проведенное среди необыкновенных людей. Audio Spaces, которые затягивались до глубокой ночи. Художники, покупавшие работы друг друга, когда больше никто этого не делал. Разговоры об истории искусства, политике, технологиях, жизни, между людьми, которые иначе никогда бы не пересеклись.
Мой английский тогда был ограниченным (сейчас лучше), поэтому я тяготел к испаноязычному сообществу: кубинцы, мексиканцы, венесуэльцы, испанцы, аргентинцы. Но феномен простирался далеко за пределы любого языка или флага. Он был глобальным, и все это знали. В какой-то момент художница и коллекционер из Малайзии, Vissyarts, купила мой музыкальный NFT Wrath of Gaia, работу, обложка которой оказалась спроецирована на экраны Таймс-сквер через Pixelstar. Я никогда не представлял, что кто-то в Куала-Лумпуре свяжется с моим творчеством таким образом. Это произошло потому, что инфраструктура была децентрализована: без посредников, без привратников, без институтов и границ, у которых нужно просить разрешения.
Не все выстояло. OpenSea заблокировал мой кошелек и удалил мой профиль, потому что мой паспорт был кубинским, та же участь, что постигла многих других кубинских художников в сообществе, большинство из которых активно выступали против той самой системы, на которую эти санкции якобы были направлены. Ирония не могла быть острее: платформа, построенная на обещании экономической свободы, применяла то же географическое исключение, что и режим, от которого мы пытались уехать. Я понимаю регуляторную логику; управлять платформой такого масштаба без институциональной поддержки почти невозможно, и именно здесь начинаются компромиссы. Но противоречие реально, и оно заслуживает того, чтобы быть названным. Мои работы на Tezos остались нетронутыми. Блокчейн не может меня стереть. OpenSea смог, и сделал это.
Где-то внутри этой экосистемы, со всеми ее противоречиями, обещаниями, разломами, произошло то, о чем я никогда не просил и что не организовывал: несколько художников написали мои портреты. Не было никакого открытого конкурса. Каждый решил сам, из своего собственного визуального языка, своего собственного импульса. Фотография, акварель на бумаге, цифровой коллаж, иллюстрация, изображения, созданные ИИ, экспрессионистская живопись. Восемь работ, восемь перспектив, шесть стран.
Я делюсь ими здесь не потому, что они обо мне. Они о том моменте, о том, что стало возможным, когда любознательные умы со всего мира решили строить что-то вместе, каким бы несовершенным, каким бы мимолетным, каким бы обреченным ни оказался рынок.
Эти работы - самое честное свидетельство, которое у меня есть, о том, чем это сообщество могло быть в лучшие свои моменты.
Эрнеститос
В конце 2022 года трое художников из сообщества решили сделать нечто, не имевшее прецедента в той экосистеме: создать рукотворную коллекцию, не генеративную, построенную втайне, посвященную одному человеку.
Gastón Stones, аргентинский уличный художник, живущий во Франции, создал первого Эрнеститo в 2021 году как простой подарок. Это изображение стало основой. Позже он поговорил с Bocagrandi, венесуэльской художницей, живущей в Мексике, и с Mina Power, испанской дизайнершей. Трое работали втайне месяцами, каждый создавая более сорока версий на основе оригинала Gastón, каждый привнося свой собственный визуальный мир в одну и ту же отправную точку.
Однажды во время Twitter Space они сказали мне, что у них есть кое-что для меня. Они представили коллекцию: примерно 150 рукотворных работ, все с моим именем, все сделанные со временем, талантом и любовью тремя художниками, которых я люблю.
Намерение было ясным: коллекция была подарком, который я мог продать, если хотел, без обязательства компенсировать их. Я решил иначе. Я отчеканил несколько на Tezos и перевел их на их кошельки, потому что эти работы принадлежат им, даже если они носят мое имя. Остальные я храню на жестком диске, как то, чем они являются: воспоминание.
Подборка из 30 работ примерно из 150.
Небольшое количество работ доступно в блокчейне.
Шесть Эрнеститос, отчеканенных на Tezos, можно найти на
objkt.com, и еще шесть на Solana на
exchange.art.
